«Это не я выбрала тренерскую профессию, а она меня»

В марте у тренера ГБУ СШОР по плаванию «Радуга» , мастера спорта Анастасии Железновой был юбилей. Правда, в ее возрасте о круглых датах говорить еще определенно рано. Скорее, эта дата — просто прекрасный повод побеседовать с именинницей о жизни и о профессии. Что мы с удовольствием и сделали.

— Путь в тренерскую профессию почти у всех начинается с собственных занятий спортом. Наверняка так было и у вас?
— Да, именно так. В моем детстве моя семья переехала в Волгоград. И когда я там пошла в первый класс, то к нам в школу пришёл тренер Александр Владимирович Иванов. В плавании это личность известная, ведь он был тренером Александра Попова, Дениса Панкратова, Евгения Садового. Тогда у него как раз был очередной набор, и, узнав о его визите в школу, мама мне сказала: «Иди, попробуй, хотя бы плавать научишься». Я начала заниматься, и уже через год выполнила третий взрослый разряд на дистанции 800 метров. Тренер перевёл меня в старшую группу в спецкласс — то есть я ещё маленькая была, но тренировалась уже со взрослыми ребятами. А затем, уже когда училась в пятом классе, перешла к Владимиру Николаевичу Захарову в группу плавания на открытой воде. Если не ошибаюсь, уже в 14 лет я впервые участвовала в чемпионате России по открытой воде, заняла второе место среди юниорок, поехала на юношеское первенство Европы. Так и продолжала заниматься, входила в состав сборной России, выполнила норматив мастера спорта. Продолжала соревноваться и в бассейне — плавала 800 и 1500 метров вольным стилем, 200 метров баттерфляем.

— А какие из видов вам самой были милее или ближе?
— Ну, я больше как-то всегда на длинные дистанции ориентировалась, а спринт у меня не получался в принципе. Выносливая была, работящая. Мне хоть пять километров, хоть двадцать пять — встала и поплыла (улыбается). А вот 50 или 100 метров — это для меня была очень тяжелая работа, которая с трудом давалась. Только 200 метров баттерфляем — это была моя любимая дистанция, когда в дни отдыха от основных видов я выбирала себе дополнительную дисциплину. И ею были именно 200 баттерфляем — сама по себе дистанция тоже не очень легкая.

— Если все время плавать 800 и 1500 метров, а то и 5 километров в открытой воде, то 200 метров — это почти спринт.
— Да, для меня и 400 метров — это уже был спринт, очень большой спринт.

— Когда вы поняли, что хотите стать именно тренером? Или все само собой произошло?

— Знаете, наверное, это не я выбрала профессию, а профессия выбрала меня. Когда мне было 15 лет, мои родители переехали в Санкт-Петербург, а я осталась в Волгограде — не захотела менять тренера и город. Мы жили уже непосредственно в клубе «Волна», там на первом этаже был бассейн, а на втором располагалась наша гостиница. После своих тренировок вечерами я спускалась в бассейн к своему первому тренеру Александру Владимировичу Иванову. Мы с ним разговаривали, и какие-то первые азы тренерства мне дал именно он. Иванов тогда поставил меня на группу к маленьким деткам, которые только учились плавать, и говорит: «Давай, учись! Вот тебе два бойца, и твоя задача — научить их плавать кролем и на спине». Так вот я и пробовала себя в роли тренера. И в принципе именно Александр Владимирович, наверное, подтолкнул меня к выбору профессии, потому что говорил, что у меня хорошо получается, что я ему нравлюсь как тренер, и что у меня есть какая-то тренерская изюминка своя. «Дерзай, набирай свою группу, когда закончишь плавать», — говорил он. Так в результате и вышло. Когда из-за травмы я закончила плавать, то мне ещё год оставалось учиться в институте. Родители жили в другом городе, существовать на что-то надо было, и встал вопрос: а что я умею делать? Я умею плавать. Значит, могу тренировать. Вот набирала тогда группу и подрабатывала в Волгограде — маленьких деток учила плавать.

— В Санкт-Петербург переехали, окончив в Волгограде институт?
— Да, родители жили здесь, и в июле 2013-го я тоже переехала в Питер. А уже в августе вышла на работу в бассейн — сначала тренером дирекции по спортивным сооружениям, а два года назад устроилась в нашу спортивную школу «Радуга», так как очень хочется воспитать мастеров спорта и чемпионов.

С ребятами какого возраста сейчас работаете?
— Сейчас я работаю помощником тренера Дмитрия Олеговича Музакка в группе 2008-2009 года рождения. И также помогаю Елене Евгеньевне Степановой в группе деток 2010-2011 годов рождения. Но уже в этом году  у меня будет свой набор, то есть я впервые буду набирать собственную группу, где буду основным тренером.

— 2008-2009-й год рождения — эти ребята находятся сейчас в том возрасте, который принято называть переходным. Насколько трудно работать с детьми в пору, когда у них многое меняется в отношении к жизни? Нужно ли эти  возрастные аспекты учитывать в тренерской деятельности?
— С ними даже более интересно работать. Все-таки уже и скоростные качества у них совсем другие, и можно им что-то больше дать, подсказать. То есть, с одной стороны, я как бывшая спортсменка, которая сама переживала то, что они сейчас чувствуют, когда, допустим, не получается какой-то результат, или не все идет так, как хотелось и было запланировано, могу им помочь. Дети расстраиваются, и в этот момент с ними идет в большей степени психологическая работа. А, с другой стороны, по тренировкам наоборот добавляется что-то. Можно и потяжелее дать нагрузку, и как-то разнообразить занятия. То есть в этом возрасте уже не только какие-то начальные моменты можно давать, как если ребёнок только ложится на воду, а надо уже технику ставить. И уже можно инвентарь какой-то интересный им дать, и попробовать как-то по-новому посмотреть на тренировочный процесс. В принципе, мы всегда общий язык находим, и лично мне очень интересно с ними работать. У каждого уже есть свои мысли и представления, есть свой взгляд, и иногда в чем-то они могут уже даже и поспорить.

— А вообще много сейчас ребят, которые действительно реально ставят перед собой большие спортивные задачи, то есть действительно хотят стать большими чемпионами и пройти весь этот путь? Или для большинства плавание — это все-таки больше занятие для здоровья, для укрепления организма?
— Это от многих факторов зависит. Кто-то изначально понимает, что не сможет в спорте высших достижений многого достичь, и что его максимум — это, допустим, мастер спорта. Но по меньшей мере на этот уровень настроены все абсолютно — буквально сто процентов. А вот что касается чемпионских перспектив… Скажу так: половина наших ребят точно могут реализовать себя как спортсмены высокого уровня — то есть способны от чемпионата России пойти еще выше. В том случае, если не побоятся взять на себя эту ответственность, ведь это не самый простой путь. Как тренер, я вижу, что у них есть этот потенциал, и они могут себя реализовать. А дальше все зависит от обстоятельств. Может, у кого-то это не входит в планы, и ребенок хочет поступать не в физкультурный институт, а в медицинский институт и стать врачом. Это уже решать им самим. Но это, в основном, определяется уже где-то в районе девятого класса, когда встает вопрос: либо мы конкретно тренируемся, и у нас учеба подстраивается под тренировки, и спорт становится приоритетом, либо наоборот, и мы именно спортом все-таки больше подстраиваемся под учебу, чтобы дети получали, в первую очередь, образование А там уж — отпустили на сборы или не отпустили, отпустили на соревнования или нет. Это уже иной выбор.

— А если говорить о вас лично и о ваших тренерских надеждах, мечтах. Какие ориентиры вы ставите для себя — например, на 10 или на 15 лет вперед?
— Вот в том самом первом наборе, который у меня будет осенью, я хочу довести детей для начала до уровня мастеров спорта. И было бы отлично, если бы дети отобрались на первенство России, выиграли его, потом попали на юношеское первенство Европы и так далее — в спорт высших достижений. Я настроена постараться вырастить из детей именно профессиональных спортсменов. Не просто довести их до уровня отбора на чемпионат России и чтобы дальше они шли уже своим путём — в институты, в какую-то другую жизнь. А сделать так, чтобы они в итоге остались именно в спорте. Можно сказать, что это и цель, и мечта.

2021-03-23T19:26:21+03:00 23 Март, 2021|